Главная / Экономика / Экономика спасет мир

Экономика спасет мир

Однажды в 1970-е годы на одной из улиц в Бангладеш сидела девочка, ее окружали нищие. Это честь, если ты можешь что-то дать, так ей объяснили родители. И по пятницам она вместе с тремя старшими сестрами высаживалась перед родительским домом и раздавала плошки с рисом беднякам, которые приходили просить пищу, а взамен не моги дать ничего другого, кроме благодарности.

Шахназ (Shahnaz) слышала, как знакомым ей женщинам говорили, как они должны жить. Ее собственная мать отправила дочек в католическую школу, им было разрешено учиться танцевать и кататься на велосипеде — немыслимые занятия для других мусульманских девочек. Ее семья была в числе тех, кому повезло. Они принадлежали к среднему классу, и родители никогда не позволяли дочерям забывать об этом. Ни одна из бабушек Даррин Шахназ (Durreen Shahnaz) образования не получила, обеих выдали замуж в 11-летнем возрасте. Но их внучке было суждено стать первой женщиной из Бангладеш на Уолл-стрит.

Мечта о богатстве

Однажды в 1980-е годы в аудитории в Бергене сидел молодой человек в окружении амбициозных сокурсников. Они слушали доклад, который назывался «Как стать богатым».

Устроителем мероприятия была Бизнес-комиссия при Торговом институте (Handelshøyskolen) в Бергене. И комиссию возглавлял этот молодой человек. Пер Л. Саксегорд (Per L. Saxegaard) отвечал за контакты между студентами и представителями бизнеса. Зал был забит битком — некоторым пришлось стоять, подпирая стены.

Правительство Виллока (Коре Виллок (Kåre Willoch) — премьер-министр Норвегии в 1981-1986 гг. — прим. ред.) уменьшило регулирование в экономике. Норвегия на полной скорости входила во «времена яппи». Саксегорду, который был лидером объединения выпускников школ в Осло до того, как переехал в Берген, несложно было представить, что такое счастье.

«Многие думали, что чем богаче ты станешь, тем счастливее ты станешь. И многие руководствовались именно этим, выходя в большой мир, чтобы добиться успеха», — вспоминает он.

Из Бангладеш на Уолл-стрит

Мало кто предвидел бы, что у девочки с плошкой риса и парнем в аудитории, будет много общего. Но в конце 1980-х и Шахназ, и Саксегорд оба работали в финансовой сфере. После того, как отец отработал несколько лет в банке на Филиппинах, где Шахназ ходила в американскую школу, ей удалось уговорить родителей позволить ей учиться в США. В 17 лет она начала учиться в Smith College, где были только девушки-студентки. Там она узнала нечто, для себя новое:

«Мне не нужно было бороться за то, чтобы мое мнение было услышано. Я чувствовала, что меня слышат и что к моему мнению относятся с уважением», — говорит она сегодня.

В 1989, закончив учебу, она получила работу в инвестиционном банке Morgan Stanley.

В том же году на норвежском вышла книга «Зеленый капитализм», написанная Джоном Элкингтоном (John Elkington). Британский писатель и бизнесмен — один из тех, кто поднял вопрос об общественной ответственности бизнеса. Это часто называют «корпоративной социальной ответственностью» (corporate social responsibility, CSR). Если говорить коротко, речь тут идет о том, какой вклад предприятиям и компаниям в мире следует вносить в то, чтобы мир стал лучше.

Сегодня, почти 30 лет спустя, тема более актуальна, чем когда-либо.

Бизнес на верном пути?

Когда мировые лидеры подволакивают ногу в борьбе с изменениями климата, когда более 65 миллионов человек стали беженцами, когда Дональд Трамп выводит свою страну из Парижских соглашений и пересматривает реформы здравоохранения и международные договоры, может ли бизнес помочь миру встать на верные рельсы?

Многие думают, что может.

После того, как американский президент ввел свой противоречивый запрет на въезд в США в январе, лидеры таких компаний, как Apple, Facebook, Netflix, Google и Tesla, выступили с решительным протестом. Эти всемирные компании влияют сегодня на жизнь многих сотен миллионов людей. Экономическое положение многих из них сопоставимо с экономическим положением богатых стран. Рыночная стоимость Apple выше, чем ВВП Нидерландов.

Крупные компании критикуют за поведение, не особо рифмующееся с участием в жизни общества, в частности, за то, что они платят минимум в налог в тех странах, где работают. Заставить таких гигантов способствовать борьбе против изменений климата и за решение социальных проблем — не просто приятный бонус.

Это все больше становится похожим на необходимость.

Как бальзам на раны

Walmart, у которого в США около 4600 магазинов, не славится высокими зарплатами или хорошими условиями труда. Но сейчас торговая сеть делает большую ставку на возобновляемую энергию. Недавно она объявила, что до 2030 года сократит выбросы от сети своих поставщиков на миллиард тонн парниковых газов. Это то же самое, как если бы в год с дорог исчезали бы более 200 миллионов автомобилей.

Для Джона Элкингтона это просто — бальзам на раны. Едва ли не самое положительное, говорит он, это то, как меры торговой сети распространяются ниже, доходя до поставщиков Walmart.

«Я говорил об этом с руководителями Dupont и 3M (крупные американские компании — прим. ред.). И оба сказали одно и то же: Одно дело, когда к тебе приходят власти и требуют, чтобы ты что-то сделал. Тогда ты можешь годами заниматься лоббистской деятельностью против этого. Но если твой крупнейший покупатель начинает постоянно требовать от тебя изменений, тогда ты вынужден их предпринять. Ну, может, не за один день, но почти», — говорит Элкингтон.

Вместе с другими крупными компаниями Walmart заявила, что они не будут следовать антиэкологичной политике Трампа и будут придерживаться собственных экологических целей.

Вечнозеленый оптимист

Когда Джон Элкингтон приехал в Норвегию в 1988 году, Dagens Næringsliv написала, что «1990-е годы станут зеленым десятилетием, где успех или неуспех предприятий будут определяться состоянием среды и охраной окружающей среды».

Сегодня Элкингтон признает, что вопросы среды в 1990-х годах не стали играть такой доминирующей роли, как он надеялся.

КонтекстЭкономический тупик ПутинаThe Jamestown Foundation07.06.2017Нереальный рецепт для реальной экономикиDelfi.lv16.05.2017Провал российской рыночной экономикиLes Echos21.04.2017Стабилизация мировой экономики не должна расслаблять«Нихон кэйдзай»06.04.2017
«Но я — оптимист. Я думаю, есть периоды, когда можно увидеть новые взаимосвязи между вещами, и как раз сейчас я испытываю больший оптимизм, учитывая Брексит и Трампа и прочее, чем у меня был последние восемь-девять лет», — говорит он.

Каролине Дитлев-Симонсен (Caroline Ditlev-Simonsen) из Handelshøyskolen BI имеет докторскую степень в такой области, как корпоративная социальная ответственность. Сегодня к подобным вопросам проявляет интерес гораздо больше предприятий, говорит она.

У них есть определенные преимущества по сравнению с политиками, которых избирают на четыре года.

«Поскольку у представителей властей столь короткие горизонты, а это — проблемы долгосрочные, сегодняшняя политическая система большие изменения не поддерживает», — говорит Дитлев-Симонсен.

Подписи на грязи

Когда Даррин Шахназ работала в Morgan Stanley, ей очень нравилось, как непринужденно ее одетые в костюмы коллеги относились к власти и миллионам, с которыми имели дело. Контраст со Смитовским колледжем был велик. Через два года она попросила о встрече с начальником отдела по работе с персоналом, который был немного шокирован, когда молодая сотрудница поведала ему о своих планах: она хочет вернуться домой, в Бангладеш.

После десяти лет, проведенных вдали от родины, Шахназ вернулась домой. С собой она привезла своего будущего мужа и опыт работы на Уолл-стрит. В Бангладеш она увидела, насколько же отстали банки, и подумала, что может сделать, чтобы улучшить ситуацию.

И наткнулась на Grameen Bank. Финансовая организация, выдающая микрокредиты, основанная Мухаммадом Юнусом, который впоследствии получит Нобелевскую премию, предоставляла, в частности, небольшие кредиты беднякам. И Шахназ получила работу. Ее отправили работать «в поле», далеко от офисных костюмов и компьютеров, где она нередко сидела с палочкой в грязи, чтобы научить женщин, которые были неграмотны, как подписываться собственным именем.

Даррин Шахназ нашла свой путь

Она вернулась в США, получила степень магистра и организовала интернет-рынок для товаров из развивающихся стран. Найти инвестиции в этой области было непросто, и это вдохновило ее в 2009 году на то, чтобы открыть Impact Investment Exchange (IIX), «социальную биржу», которая предоставляет консультации и капитал предприятиям в странах, где все это не всегда легкодоступно.

В отличие от традиционной помощи такие инвестиции можно быстро получить, говорит Шахназ. И ожидается, что те, кто получает инвестиции, вернут больше, чем просто благодарность.

— Независимо от того, какой социальный вопрос ты пытаешься решить — доступ ли это к чистой воде или устойчивое земледелие — частные компании и лица инвестируют в фирмы и подрядчиков, ожидая получить экономическую отдачу, — говорит она. — Эта модель дает обеим сторонам чувство ответственности.

Business for Peace

В Норвегии Пер Л. Саксегорд достиг своей мечты о богатстве. Он погрузился в финансовый сектор, очень много работал, стал советником, принял участие в создании Norden Realkapital и Norden Investment Banking, стал генеральным директором, получил офис на Акер Брюгге.

С личной жизнью дела обстояли хуже. У него была и жена, и дети, но нельзя сказать, что они были для него главным.

«Если деньги слишком начинают тебя занимать, то у тебя может развиться туннельное зрение. Некоторые из-за денег становятся почти наркоманами», — говорит Саксегорд.

Связь между деньгами и счастьем оказалась не такой сильной, как он думал.

«Для меня это означало неудавшийся брак и некоторые задачи, из-за которых я начал более глубоко об этом задумываться», — говорит он.

Но Саксегорд твердо верил в то, что капитализм может принести много хорошего, если только использовать его правильно. Как мотивировать людей в бизнесе для того, чтобы, создавая ценности, думать несколько шире?

В 2007 году он основал фонд Business for Peace. Основная идея была — сосредоточиться на связи между обществом и бизнесом. В результате появилась ежегодная премия, присуждаемая представителям бизнеса, которые отличились, предложив решения, способствующие совершенствованию общества.

Частично его вдохновило на это бурное развитие технологий и те возможности, которые оно дает современной экономике. Впоследствии Саксегорд понял, что то, что премия оказалась сфокусированной на экологии, было почти неизбежно. («Если уничтожать окружающую среду, то все остальное лишается смысла».)

«Важно сказать, что цель не найти в бизнесе каких-то святых, но подчеркнуть вклад тех, кто указывает путь», — говорит он.

Филантропия устарела

Когда бизнес бьет себя кулаками в грудь и кричит «Среда!» и «Этика!», стать скептиком легко. Тот, кто хоть когда-нибудь останавливался в гостинице, знает, что нет более экологичной отрасли — когда речь идет о том, чтобы вывесить табличку, в которой постояльцев призывают уменьшить свое давление на климат (и расходы отеля на прачечную), повесив полотенце на крючок, чтобы использовать его повторно. А когда торговая сеть вывешивает большие плакаты с обещаниями пожертвовать крону, если вы будете отслеживать ее в соцсетях, у вас, возможно, не сложится впечатление, что социальная ответственность действительно велика.

Итак: как отличить предприятия, интересующиеся жизнью общества, от тех, кто просто хочет нежиться в блеске благих целей?

По словам Каролине Дитлев-Симонсен, это не так и сложно. Профессор думает, что «поверхностные» предприятия видно. И старый лозунг «мы даем деньги на хорошие цели» все равно уже устарел.

«Чистая филантропия не означает брать на себя ответственность перед обществом», — говорит она.

Вместо того, чтобы выписывать для облегчения души чек на какую-то хорошую цель, ответственность перед обществом должна стать частью повседневной работы, считает Дитлев-Симонсен.

«Это оправдывает себя по-разному. Возьмем, например, ИКЕА. Я сейчас не говорю, что все, что они делают, правильно. Но они помогают своим поставщикам выращивать хлопок лучшим и более экологичным способом, например, используя меньше удобрений и средств защиты растений. Более экологичное производство предполагает сокращение производственных издержек и большую рентабельность для крестьян», — продолжает она.

Гостиничные сети могут сократить количество пищевых отходов, уменьшив размеры тарелок, так сделала гостиничная сеть Choice. И вообще: предприятия и фирмы могут больше делать для более экономичного расходования энергии, в то время как компании, занимающиеся производством одежды, могут позаботиться о том, чтобы условия труда рабочих в странах с низкими производственными затратами стали лучше.

Разоблачительные отчеты

Все больше предприятий и фирм включают корпоративную социальную ответственность в свои планы. Насколько сознательно это сделано, можно увидеть в их социальных отчетах, говорит Дитлев-Симонсен, изучившая таких отчетов немало.

«Иногда они пишут, что хотят помогать сохранять окружающую среду и что их волнует устойчивое развитие. И бывает, что предприятия, которые слишком много об этом пишут, часто на самом деле сделали мало. Только когда они конкретно формулируют задачу и ставят перед собой конкретные цели, например, в том, что касается уменьшения выбросов CO₂ или сокращения объемов отходов, начинает что-то получаться. Необходимо внимательно относиться к повседневной работе предприятий, а предприятиям следует понять, как их компания воздействует на общество.

Юридическая организация Strømmestiftelsen работает непосредственно с представителями бизнеса. В начале этого года она организовала конференцию по вопросам ответственности бизнеса, в которой, в частности, принял участие Джон Элкингтон.

«Если работаешь с крупными представителями бизнеса, важно быть легким на подъем и инновационным», — говорит генеральный секретарь Тина Сёдал (Tina Sødal).

Она также видела, как компании меняют свои подходы.

— Раньше бывало, что компании выделяли нам по 30.000 крон. Сейчас таких немного. Компании говорят, что, если они хотят все сделать хорошо, они вынуждены действительно серьезно отнестись к социальной ответственности.

— Почему?

— В частности, чтобы показать клиентам, что у них целостный подход, а также для того, чтобы привлечь достойную рабочую силу. Сегодня 25-летних более волнует социальная ответственность. Они глобализированы иначе, чем я и мое поколение. Мне 45 лет, и многие люди моего возраста и старше не всегда понимают, зачем думать о таких вещах, — говорит Сёдал.

Компания Stormberg пережила ненастье

Предприятия, которые стремятся улучшить свои климатические отчеты, получить экологические сертификаты, решить проблему отходов, здоровых цепочек при создании ценностей и решить другие сложные проблемы, могут получить помощь в норвежской компании CO2focus.

Компания предлагает помощь в составлении отчетов и дает советы, с помощью которых предприятие может стать лучше. Сегодня в числе их клиентов примерно 250 больших и малых предприятий в Норвегии, по словам сотрудника компании Пера Отто Ларсена (Per Otto Larsen), и он говорит, что спрос растет.

«Люди поняли, что если хотят оставаться конкурентоспособными через 10-20-30 лет, надо отнестись к проблеме серьезно. Достаточно взглянуть на американские предприятия, которые не спешат возвращаться к углю, они не меняют приоритеты только из-за того, что к власти пришел несколько непредсказуемый президент», — говорит Ларсен.

Но политическая позиция может дорого обойтись. Когда компания Stormberg во время миграционного кризиса в 2015 году пожертвовала прибыль одного дня в 200 000 крон Красному Кресту на работу с сирийскими беженцами, в социальных СМИ ее стали активно критиковать.

Вскоре после этого производитель туристической экипировки, известный своей активной общественной позицией, поставил перед собой цель: взять на работу по одному беженцу в каждый из своих 50 магазинов.

«Это вызвало еще больший шум. Начался бойкот. Люди стали жечь куртки и другую одежду Stormberg. Мы стали получать угрозы, и в службе безопасности полиции Норвегии нам выделили человека, к которому мы могли обратиться. Впечатление было довольно сильное», — говорит основатель Stormberg Стейнар Й. Ульсен (Steinar J. Olsen).

Ему хотелось бы, чтобы больше предприятий становились активными, хотя, возможно, им придется расстаться с привычным комфортом.

«Может быть масса красивых слов, и праздничных речей и инициатив, с которыми все согласны. Для нас же было важно перейти от слов к делу. Мы должны иметь смелость осуществить то, во что верим. Получается не всегда одинаково хорошо, но мы стараемся», — говорит он.

ФАКТЫ: ПРЕМИЯ OSLO BUSINESS FOR PEACE AWARD

Премия мира в бизнесе.

Присуждается фондом Business for Peace, основанным Пером Л.Саксегордом в 2007 году.

Цель: стать знаком наивысшего признания, который только может получить промышленный руководитель в глобальном плане.

Комитет по присуждению премий состоит из пяти бывших лауреатов Нобелевской премии мира и Нобелевской премии по экономике. ООН и крупнейшая в мире экономическая организация Международная торговая палата (International Chamber of Commerce) являются глобальными партнерами и выдвигают кандидатов через свои организации на местах.

Присуждается руководителям бизнеса, которые отличились в том, что фонд именует значимыми для бизнеса достижениями. Это значит, что они своим поведением и деятельностью в бизнесе способствуют стабильному созданию ценностей и усовершенствованию общества.

Присуждение премии некоторым лауреатам подверглось критике, например, когда премию получил глава противоречивой компании Virgin Ричард Брэнсон (Richard Branson).

В этом году лауреатами помимо Даррин Шахназ стали:

Элон Маск, основатель Tesla, получил премию за работу, направленную на разработку устойчивых энергетических решений и транспортных методов.

Харли Сейедин (Harley Seyedin), американец иранского происхождения, создатель транснациональной компании в области электро- и низкоуглеродистой инфраструктуры.

Мурад аль-Катиб, канадец, получивший премию за свою предпринимательскую деятельность в области устойчивого сельского хозяйства и вклад в снабжение миллионов сирийских беженцев продовольствием.

Источник: Business for Peace

Вперед и назад

Разумеется, в области PR случаются проблемы гораздо хуже, чем комментарии в Facebook с критикой помощи беженцам. В апреле внимание норвежцев оказалось прикованным к United Airlines, после того, как полиция аэропорта грубо вышвырнула врача с рейса компании, на который зарегистрировалось слишком много пассажиров. То, что последовало, уже стало делом обычным: видео в социальных СМИ, кризис PR, сожаления от компании.

Опасения за свою репутацию могут мотивировать деловые круги к более активному участию в жизни общества. Джон Элкингтон думает также, что все больше компаний станут серьезнее относиться к проблеме изменений климата и поймут, что стоит делать ставки на экологию. Он говорит, что мир стоит на пороге решительных перемен — новые технологии подзарядки, самодвижущиеся автомобили, интернет вещей, синтетическая биология, и за всем этим стоят разные компании. И если удастся заполучить их на свою сторону, это будет иметь колоссальный эффект.

«Мне всегда казалось, что прогресс, когда он случается, так и продолжается. На самом деле часто мы делаем шаг назад, прежде чем сделать прыжок вперед. Сейчас мне кажется, что в некоторых критически важных областях мы отступаем, и это меня беспокоит. Но я считаю — и тут я снова оптимист, — что в следующие 10-15 лет у нас будет возможность осуществления систематических изменений, которые превзойдут все самые смелые ожидания», — говорит Элкингтон.

Лауреат

В мае этого года Ратушу Осло украсили по случаю церемонии присуждения премий. Главный зал был полон празднично одетых гостей, многие в строгих деловых костюмах. Перед ними появился глава городского правительства Раймонд Юхансен (Raymond Johansen) в костюме, который был ему немного велик и на своем не самом совершенном английском стал говорить о том, насколько связаны между собой окружающая среда и общество, от изменений климата до миграции.

«Проблемы не могут решаться только властями», — сказал он.

Саммит Oslo Business for Peace проводился в 11-й раз. Комитет по присуждению премий состоит из лауреатов Нобелевской премии, но его также поддерживали муниципалитет Осло, МИД Норвегии, Организация норвежских предпринимателей, Центральное объединение профсоюзов Норвегии и Finans Norge. Среди международных партнеров — ООН.

Саксегорд поднялся на сцену после Юхансена и начал говорить о задачах, связанных с тем, что он называет «три мощнейшие силы на Земле»: изменения климата, глобализация и технологии,

А потом перешли к церемонии награждения.

Первая из четырех лауреатов выделялась на общем фоне. На ней не было ни строгого костюма, ни модного платья. Она была одета в сари — наряд со своей родины. Сегодня она работает в более чем 20 странах. Благодаря бирже и основанному ею фонду она собирается помочь до 2020 году 100 миллионам человек.

Было произнесено ее имя, публика зааплодировала, и на сцену, широко улыбаясь, поднялась Даррин Шахназ.

Источник